Неизбежность гибели либеральной системы в России

Русский либерализмВ России наблюдается такой парадокс. Судя по социологическим опросам, большинство населения поддерживает определенную персону, но, одновременно, имеет место факт неприятия этим же населением существующей либеральной модели, которую олицетворяет эта же самая персона. Возникает противоречие, которое рано или поздно должно быть снято.

В 2016 году «Левада-Центр» провели опрос среди российского населения по следующим вопросам: «Какая политическая система кажется Вам лучшей: советская, нынешняя система или демократия по образцу западных стран?», и второй вопрос: «Какая экономическая система кажется Вам наиболее привлекательной?». Казалось бы, если большинство населения поддерживает существующий режим, олицетворяющийся в лице Путина, значит и нынешняя либерально-олигархическая система, на страже которого и стоит этот режим, тоже должна поддерживаться большинством населения. Однако, к удивлению, это оказалось не так. 37 % российского населения поддержали советскую систему. Нынешнюю систему, которую олицетворяет Путин, поддержал 21 % населения (причем максимум поддержки нынешней системы приходился на 2008 год, который тогда составлял 36 %). То есть поддержка нынешней системы имеет тенденцию к падению. Что касается демократии по западному образцу, то она среди российского населения совсем потеряла авторитет. Ее поддержка составила только 13 % населения, хотя в 1998 году она была 32 %. И затруднились с ответом 27 %.

Еще более показательны ответы по экономической системе. Здесь был поставлен вопрос: «Какая экономическая система Вам кажется наиболее привлекательной: та, которая основана на государственном планировании и распределении, или та, в основе которой лежат частная собственность и рыночные отношения?» Отметим, что наша власть и Президент постоянно подчеркивают, что они за рыночные отношения. Ими официально провозглашен курс на приватизацию. А вот, согласно опросу, 52 % населения выступает за государственное планирование и распределение, а за модель, которая основана на частной собственности и рыночных отношениях, поддерживает только 26 % населения (причем, когда то вначале 90-х годов было 48 %). То есть только четверть населения поддерживает нынешний либеральный курс Президента и Правительства. Получается, что большинство населения поддерживает персону в лице Путина, но принципиально не принимает существующую модель экономики, которую олицетворяет эта же самая персона. Значит рано или поздно это противоречие должно быть разрешено.

Кроме того, в интернете был проведен онлайн-опрос по вопросу: «Какая модель государственности в истории России была наиболее эффективной?». 57,3 % высказались за сталинскую модель государственности. Встает вопрос, а как это соотносится с результатами недавних выборов в Государственную Думу. Еще в начале 2000-х годов была высказана мысль, что современный политический режим сидит на двух стульях. Это либеральный стул, основанный на либеральной экономике, и патриотический стул, связанный с патриотической риторикой. И действительно, в современной политике России наблюдается внутреннее противоречие, когда наша страна, с одной стороны, встроена в западную мироцентричную систему, основанную, прежде всего, на встроенности экономики и финансовой системы в западную, но при этом, с другой стороны, появляется патриотическая риторика. Данное противоречие может быть разрешено двумя вариантами: либо патриотическая риторика должна привести к трансформации системы, либо сама система подавит патриотические тенденции. В настоящее время, к сожалению, очевиден второй вариант направления.

Вышеуказанные противоречия можно проиллюстрировать следующими примерами. С одной стороны, экономическая война с Западом, с другой стороны – Западная Европа остается основным экономическим партнером России. С одной стороны, критика мировой американской гегемонии, с другой стороны – опора российской финансовой системы на американский доллар. С одной стороны, провозглашается патриотизм в качестве национальной идеи, с другой стороны – только 19 % отечественных фильмов составляют российский кинопрокат. С одной стороны, заявления о государственном регулировании экономики, с другой стороны – курс на приватизацию и сокращение доли государства в экономике. С одной стороны, борьба с угрозами цветных революций, с другой стороны – Болонская система образования и западные рейтинги на результаты научной деятельности, что как раз и стимулирует создание кадров для цветной революции. С одной стороны, суверенитет, заявленный как основная ценность России, с другой стороны – конституционные положения о сохранении приоритета международного права над российским. С одной стороны, запрет чиновникам держать вклады в иностранных банках, с другой стороны – российское государство само имеет эти же самые вклады в иностранных банках. С одной стороны, осуждение курса 90-х годов по десуверенизации страны, с другой стороны – открытие Ельцин-Центра. С одной стороны, выступление против действий зарубежных НКО, с другой стороны – Высшая школа экономики, выступающая за гайдаровский путь 90-х годов и имеющая прочную связь с западными институтами, по прежнему является главным экономическим экспертом Правительства Российской Федерации. И так далее.

Нам говорят, что Путина по различным рейтингами поддерживают почти 90 % населения России. Встает вопрос, а насколько значимы эти электоральные рейтинги. Есть данные по рейтингам накануне цветных революций в ряде стран, связанные с электоральной поддержкой их лидеров. То есть речь идет о том, какой рейтинг имели лидеры этих государств перед самым их свержением. Так, Шеварнадзе (Президент Грузии) накануне свержения имел 82 % рейтинга, Акаев (Президент Киргизии) — 77,4 %,  Бенали (Президент Туниса) — 89,6 %, Салех (Президент Йемена) – 77,17 %, Мубарак (Президент Египта) — 88,6 %., Янукович (Президент Украины) – 46 % (опрос на октябрь 2013 года), Горбачев (Президент СССР) за год до развала СССР имел рейтинг более 80 %. Их электоральные показатели перед свержением были очень высокими, что не помешало их незаконному отстранению от власти. Во всех перечисленных случаях народ не встал на защиту своих лидеров.

Революция происходит тогда, когда власть идет против выражаемого обществом запроса. На путинский период, как показали вышеуказанные результаты опросов, есть запрос населения на смену существующей системы. Такую смену системы народ рассчитывает осуществить с помощью своего лидера. Однако сам лидер все еще маниакально держится за старую систему, стараясь всеми способами зацепиться за либеральные институты, которые уже в настоящее время не способны воспроизводить разлагающуюся старую систему.  Понятно, что рано или поздно наступит время, когда народ уже перестанет рассчитывать на своего лидера. А именно на Путине, после ельцинского разгрома государства, лежит историческая миссия возращения России к цивилизационным ценностям. На уровне риторики мы это слышим. А вот на уровне экономической и социальной системы все остается по-старому. Если этот поворот в сторону формирования качественно новой системы не будет совершен (а пока для этого ничего не делается), то с уверенностью можно предсказать неизбежность больших потрясений.

Россия живет не в изолированном мире, и, конечно, она связана с внешним миром. Возникает вопрос, а какие тенденции наблюдаются во внешнем мире. Если брать столетнюю шкалу времени, то можно заметить, что частотность мировых кризисов увеличивается. Поэтому следует прогнозировать, что ближайший кризис и ближайшее потрясение, причем в мощном масштабе, находится не в такой уж отдаленной перспективе. Сумеет ли Россия воспользоваться этой ситуацией? Мы помним, что во времена Великой депрессии начала 30-х годов Советский Союз грамотно воспользовался критической ситуацией, сложившейся на Западе, и сделал экономический рывок, в крайне короткие сроки осуществив индустриализацию, спасшую в скором времени весь мир от фашизма. А готова ли сегодняшняя Россия осуществить такой рывок, если начнется глобальный мировой кризис? Или это отрицательно скажется на самой России, учитывая, что наша экономика и финансовая система завязаны на внешние рынки?

Любой исход выборов в США объективно приведет к существенным трансформациям в мироустройстве. С одной стороны, Клинтон – это либеральная силовая зачистка мира, с другой стороны, Трамп – это правая перспектива фашизационной мировой трансформации. Если смотреть по заявлениям кандидатов в Президенты США в отношении России, то Клинтон – это вариант Антанты, то есть объединенного похода коалиции во главе с США против России, а Трамп, судя по его высказываниям, — это аналогия войны с Германией 1941 года, когда взращивается какой-либо противник, представляющийся неким злом (например, ближневосточный противник или Китай). В любом случае перед Россией стоят существенные вызовы. Готовы ли мы к ним? Понятно, что после выборов в США объективно начинается новый политический цикл, поскольку мир вступает в полосу новых трансформаций. Россия пока к этим трансформациям, судя по всему, не готова.

Конечно, определенные трансформации нынешнего режима в России есть. Нельзя сказать, что все осталось так, как было в 90-е годы, хотя сама политическая и экономическая система остались без существенных изменений. Но возникает вопрос, в какую сторону трансформирует существующий режим. Что касается экономической модели. 90-е годы — это капитализм и свободный рынок. 2000-е годы —  это корпоративизм и рынок, но рынок уже не классический, а кланово-бюрократический. Желаемая модель – это, согласно опросам населения, модель социализма. Что касается политической модели. 90-е годы – это политический плюрализм. 2000-е годы – это персонократия. Желаемая модель – это, согласно опросам населения, не власть персоны, а власть идеи. Что касается социальной модели. 90-е годы – это общественно-социальная конкуренция. 2000-е годы – это неофеодализм и патронаж предполагаемых сильных над слабыми, когда «отцы родные» контролируют население, находящееся под ними. Желаемая модель – это, согласно опросам населения, социальное равенство. Что касается модели самоидентификации. 90-е годы – это космополитизм. 2000-е годы – заявляется патриотизм, но под патриотизмом понимается государство как корпорация, а идентичность проявляется как гражданская идентичность. Желаемая модель – это, согласно опросам населения, Россия как государство-цивилизация, а под идентичностью понимается не просто гражданская идентичность как принадлежность к государству, а цивилизационная идентичность, наделенная определенной ценностно-смысловой платформой. Что касается аксиологической модели. 90-е годы – это пропаганда потребительства и потребления. 2000-е годы – остается идея потребительства, однако провозглашается некое осуждение потребительства в форме традиционного консерватизма. Желаемая модель – это идеал духовного преображения человека. Что касается модели встроенности в мир. 90-е годы – заявлялось, что Россия – это часть Запада. 2000-е годы – заявляется Россия как военно-энергетическая держава. Желаемая модель – это Россия как лидер мироустроительной альтернативы.

Определенные элементы происходящих вышеназванных трансформаций как эффект подобия могут вызывать ассоциации с желаемым результатом, однако на самом деле трансформации идут не в том направлении, о котором на самом деле желает народ. Понимает ли нынешняя либеральная кремлевская власть, что законами истории ей уже подписан приговор, что ее время безвозвратно уходит вместе со сгнившей либеральной системой?

Околокремлевские социологи трубят о 90-процентных рейтингах Путина, ссылаясь на «оглушительную» победу партии власти на прошедших 18 сентября этого года парламентских выборах. На самом деле, учитывая самую низкую за всю историю российского парламентаризма явку, а также беспрецедентно грубое применение административного ресурса в ходе выборов, за «Единую Россию», за которую так активно агитировал Путин, проголосовало лишь 10-11 % от тех, кто имел право голоса. Остальные либо проголосовали за другие партии, либо вообще в знак протеста не явились на избирательные участки. Последних, впервые за историю федеральных выборов, оказалось абсолютное большинство. Таким образом, около 90 % потенциальных избирателей не поддержали партию власти, а в ее лице и их главного агитатора Путина. О каких запредельных рейтингах Путина в этом случае можно говорить? Наоборот, результаты думских выборов свидетельствуют о сокрушительном поражении кремлевской либеральной власти, когда 90 % населения отказались поддержать курс нынешнего политического режима. И «Единой России», и Путину тут радоваться нечему, поскольку это лишь первый звоночек, связанный с неизбежной и скорой гибелью либеральной системы в России.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *