Великое будущее, от которого мы отказались

МПЭВ Советском Союзе в 1955 году Хрущев очень тихо ликвидировал модель (метод) повышения эффективности экономики (МПЭ), которая была введена Сталиным в 1939 году. Этот метод до середины 50-х годов, пока его не отменили, обеспечил очень высокие темпы развития советской экономики. В 1955 году данный метод у Советского Союза заимствовала Япония, что позволило ей совершить невероятный рывок в развитии своей экономики и обеспечило ее дальнейший бурный рост. А Советский Союз в том же году отказался от МПЭ. В 1991 году японский миллиардер Хироси Теравама сказал: «В 1939 году вы русские были умными, а мы японцы – дураками. В 1949 году вы русские стали еще умнее, а мы были пока дураками. Но в 1955 году мы японцы поумнели, а вы превратились в пятилетних детей. Вся наша экономическая система скопирована с вашей. Во всех наших фирмах висят ваши лозунги сталинской поры».

Что такое метод повышения эффективности экономики, введенный в Советском Союзе в 1939 году? МПЭ – это совокупность хорошо продуманных материальных и моральных стимулов творчества трудящихся, направленных на снижение себестоимости и повышения качества продукции. Таким образом, целью введения этого метода являлось, во-первых, снижение себестоимости продукции, а, следовательно, и снижение цен, а во-вторых, повышение качества продукции. Характерной особенностью этого метода являлось то, что материальные и моральные стимулы не распространялись автоматически на начальников, как это стало потом. Когда в 1955 году ликвидировали МПЭ, начальники стали получать большую часть премий, размер которых определялся пропорционально их окладу, а тот человек, который что-то изобрел, получал совсем немного. Таким образом, после отмены МПЭ стимулы для рационализаторских предложений исчезли.

В период действия МПЭ материальные стимулы были таковы. Коллективные и индивидуальные премии выплачивались сразу же после приемки изделий госкомиссией, независимо от того, будут ли в дальнейшем внедрены данные изобретения в производство. Если госкомиссия признавала, что характеристики изделия улучшены и его себестоимость уменьшена, то премия выплачивалась в тот же день после приемки изделия госкомиссией. Для каждой характеристики имелась своя премиальная шкала. Например, за каждый сэкономленный килограмм веса изделия в ОКБ-590 (это конструирование вычислительной техники) выплачивалось 500 рублей, что составляло тогда примерно половину месячного оклада инженера. Следует отметить, что до конца 60-х годов Советский Союз опережал США в области развития электронно-вычислительной техники, как минимум, на 10 лет.

Наряду с коллективными, существовали и индивидуальные премии. Так за каждую новацию вознаграждение выплачивалось и тому, кто сделал рационализаторское предложение, и всем работникам соответствующего трудового коллектива. Однако работнику, сделавшему рационализаторское предложение, выплачивалась дополнительная сумма, кратная вознаграждению, которое получил каждый член коллектива. Это не отменяло обычные премии, выплачиваемые за выполнение плана. Были значимы и моральные стимулы. Тех, кто вносил больше рационализаторских предложений, их продвигали по службе. Все это создавало совершенно фантастическую моральную атмосферу в коллективе. К людям, способным к творческой работе, относились бережливо. Их старались освободить от рутинной работы. Им не завидовали, поскольку от их работы выигрывали все. Каждый старался помочь другому, потому что все были одной командой. Таким образом, МПЭ создавал не только материальную заинтересованность, но и принципиально другие отношения людей в коллективе.

При небольших затратах эффективность МПЭ во всех отраслях народного хозяйства была исключительно высока. Даже в армии существовала жесткая шкала денежных выплат и наград. Например, за уничтожение техники или живой силы противника, за взятие в плен офицера, за добычу секретных документов и т.п. За четыре военных года в оборонной промышленности себестоимость производства большинства образцов вооружений снизилась в среднем в три раза.

Таким образом, МПЭ – это максимально эффективное использование творческой активности рядовых исполнителей и выявление талантов, плюс изменение психологии трудового коллектива. Изменялись и отношения начальника с подчиненными, поскольку начальники в этой ситуации полностью зависели от того, насколько эффективно будут работать подчиненные. Здесь не работала система «Я – начальник, ты – дурак». По мере становления и развития системы МПЭ на первый план выходили моральные стимулы, притом, что материальные стимулы были также очень важны.

Показательно то, что две страны, применившие МПЭ, достигли существенного успеха. Это СССР и Япония. А вот в странах психологии протестантизма МПЭ никогда бы не смогла сработать. В странах Запада даже и не пытались ее применять, поскольку там пропагандируется индивидуализм и диктат хозяина производства. По этой же причине МПЭ невозможно применить и в современной России с ее либеральной идеологией. Работа на чужого дядю и МПЭ несовместимы в принципе.

В 1955 году МПЭ тихо и незаметно отменили. При этом премии сохранились, и даже увеличились. Однако премии утратили стимулирующую роль. Теперь величина премии стала зависеть от величины должностного оклада. Чем больше оклад, тем больше размер премии. Следовательно, большие премии стали получать начальники. При МПЭ этого не было. Понятно, что начальники очень одобрительно отнеслись к решению Хрущева об отмене МПЭ и проглотили эту морковку. Кроме того, премия и ее размер стали зависеть от субъективного мнения руководства. Из технических заданий исчезли требования по себестоимости продукции и по стоимости разработки изделия. Объем премий был строго зафиксирован на уровне 2 % от стоимости разработки. В результате, стало выгодно не снижать, а наоборот, повышать стоимость разработки изделий. То есть, чем выше стоимость разработки, а, следовательно, чем выше себестоимость изделия, тем больше размер премии. А это значит, что больше не надо заниматься рационализацией, а надо, как можно больше увеличивать стоимость разработки изделий. Отсюда, и цены на продукцию поползли вверх.

После отмены МПЭ на заводах из плановых заданий исчезло ранее обязательное требование к снижению себестоимости продукции. Раз это требование ушло, то и рационализаторских предложений стало меньше. Катастрофическое снижение числа рационализаторских предложений вынудило советское руководство создать в 1957 году Общество изобретателей и рационализаторов (ВОИР). Даже если рационализаторские предложения и были, то они не внедрялись. Какой смысл директору завода внедрять рационализаторское предложение, если оно снижает себестоимость. Ведь он же получает премии не за снижение себестоимости, а, наоборот, за ее повышение. После отмены МПЭ были установлены жесткие верхние ограничения на величину сдельной оплаты труда и на размер вознаграждения за рационализаторские предложения. В связи с этим в трудовых коллективах изменился и моральный климат. Теперь главным критерием должностного повышения стали отношения с начальством.

Отмена МПЭ сильно ударила по преподавателям технических ВУЗов. Ранее, в рамках системы МПЭ, их зарплата состояла из двух частей: оклад преподавателя и оплата научной разработки, которая шла за счет хоздоговорных работ. В условиях МПЭ научная составляющая преподавателей могла в разы превышать размер их оклада. Так, например, среднемесячный оклад преподавателя технического ВУЗа тогда составлял 1,5 – 2 тысячи рублей, а за счет разработок он мог получать 20 – 30 тысяч рублей в месяц (и это далеко не предел), что по тем временам было гигантской суммой. К примеру, стоимость одного из самых лучших автомобилей мира «Победа» тогда составляла 16 тысяч рублей. Это говорит о том, что профессура, особенно технических ВУЗов, при Сталине очень хорошо зарабатывала. Однако при Хрущеве преподаватель за научную работу стал получать в лучшем случае эквивалент половины ставки младшего или старшего научного сотрудника. В результате, связь между наукой, научным творчеством и техническим  производством оказалась разорванной. Исчез стимул, чтобы внедрять научные разработки в производство, поскольку за это практически ничего не платили. Наука перестала быть неотъемлемой частью производства в той степени, в которой она была с 1939 по 1955 год.

Санкцию на отмену МПЭ мог дать только Хрущев. Следует заметить, что ликвидация МПЭ была проведена очень грамотно, незаметно и постепенно. Едва ли Хрущев мог сам додуматься до этого хода. Несомненно, что за этим решением Хрущева кто-то стоял. Если посмотреть на логику всего того, что было сделано за 11 лет правления Хрущева, то можно увидеть, что все его мероприятия били в одну точку –  на разрушение производства. В действиях Хрущева усматривается чья-то злая воля. Сам Хрущев не интересовался такими вещами, как МПЭ. Просто кто-то умный подсунул ему эту идею. Ну а поскольку она резко увеличила премии начальства, то это было принято. Именно с отмены МПЭ заработали механизмы деградации советской экономики, которые полностью себя проявили в 80-е годы уже после Хрущева.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *