Кто понимался под татарами в русских былинах

Татары в русских былинах

История татарского нашествия на Русь известна по книжным летописям, которые выходили из стен церковных монастырей. Следовательно, все летописи, в которых расписываются ужасы татарского нашествия, являются исключительно церковными произведениями. А сами летописи буквально дышат восточной угрозой. Давайте посмотрим на татарское нашествие не через призму церковных источников, а через то, как тему татар запечатлела народная память. А для этого нужно обратиться к русским былинам.

Известный историк Александр Пыжиков детально исследовал русские былины с точки зрения того, как народ оценивал татарскую угрозу, о которой мы все знаем из школьных учебников. А они покоятся исключительно на Карамзине и церковных летописях. Но существуют две истории – летописная, основанная на церковных источниках, и былинная, основанная на устном народном творчестве. А они, мягко говоря, не совсем совпадают, хотя в XIX веке (Всеволодом Миллером) и в советский период (академиком Борисом Рыбаковым) предпринимались огромные усилия, чтобы привести былины в соответствие с официальной трактовкой русской истории.

Когда смотришь русские былины, то сразу обращает на себя внимание тот факт, что народная память как-то странно запечатлела отечественную историю. В глазах народа она сильно отличается от того, что изложено в церковных летописях, на которых покоятся все учебники истории и наше мировоззрение о прошлом. Удивительно, но многие вехи истории Киевской Руси каким-то образом прошли мимо населения. Например, в народных преданиях нет сведений о варягах. Нет там и знаменитого Рюрика. Не найдем мы там героического Святослава, о котором много и красочно расписано в летописях. Ну и самое главное, в русских былинах нет ни слова о крещении Руси, что вообще находится за гранью всякого понимания, учитывая, что церковные летописи изображают крещение Руси, как чрезвычайно эпохальное событие. Но вот народная память как-то прошла мимо этого события. Ни в одной из русских былин крещение Руси никак не отражено, хотя другие с точки зрения летописей малозначительные события, происходившие в это же самое время, подробно расписываются в былинах. В свое время исследователь былин Василий Стасов в работе «Происхождение русских былин» сильно недоумевал, как такое эпохальное событие, как крещение Руси, определившее лицо России, никак не отразилось в народной памяти.

Кстати, в народной памяти не только не отразилось крещение Руси, но и отсутствует какое-либо упоминание о таком Великом князе, как Дмитрий Донской со всеми его заслугами. О Куликовской битве, которая является визитной карточкой Дмитрия Донского, в русских былинах тоже нет ни слова. Хотя это событие, так же, как и крещение Руси, в церковных летописях является стержневым.

Еще задолго до татарского нашествия 1237 – 1240 годов русские былины упоминают о татарах. Спрашивается. Как татары задолго до официального нашествия могли попасть на Русь? Причем в былинах татары присутствуют и при князе Владимире, крестившем Русь, а также при всех других известных князьях. Причем татарам в былинах уделяется довольно много места. Чтобы разрешить все эти загадки следует обратиться к реальным текстам русских былин.

Как известно, все тексты церковных летописей переполнены такими эпитетами, как «поганые татары», «поганая орда» и т.п. Почти все историки склонны понимать под Ордой некое воинское образование. А как русские былины смотрят на Орду? В былинах Орда понимается, не как воинское образование, а как определенная земля, привязанная к конкретной территории, поскольку все богатыри и все действующие лица былин отправляются в Орду, как в географическую точку. Например, Илья Муромец едет в Каменную Орду, Добрыня Никитич – в Золотую Орду, Михайло Иванович Поты́к (богатырь новгородского цикла, известный только в северно-русских былинах) – в землю Подольскую. Часто в былинах встречаются такие выражения: «Проходил мо́лодец из Орды в Орду, и зашел мо́лодец к королю в Литву». Или, например, такие: «Ходил Дунай Иванович из Орды в Орду, да из земли в землю». Подобных примеров очень много, и они твердо свидетельствуют о том, что в былинах Орда фигурирует, не как воинское, а как географическое понятие.

Согласно церковным летописям, над Русью постоянно довлеет угроза с востока, откуда с завидным постоянством набегают иноземные полчища. Да, действительно, в русских былинах татары изображены в ярко выраженных негативных красках («поганая татарва»). Однако когда смотришь на эту экспрессивную терминологию, которая в былинах употреблялась в отношении татар, сразу бросается в глаза: первое – былинные агрессоры, в отличие от восточных агрессоров, описанных в церковных летописях, мало напоминают степных кочевников. В народных представлениях «проклятые татары» каким-то образом связаны с «синими морями и кораблями», что для степных кочевников совсем необычно.

Так, в народных былинах Батый, который там же назван, как «батый-собака», объявляется в Киеве не так, как это описано в церковных летописях – на конных ордах, а объявляется на кораблях. Былина так описывает прибытие Батыя в Киев: «Спускает якоря булатные, налаживает сходинки дубовые и выходит с корабля на красный бережок». Следовательно, Батый прибыл в Киев морским путем. В другой былине прибытие Батыя в Киев описывается так: «Из земли басурманской на новых кораблях прибыли поганые татары. Они взяли княжну, привели ее на пристань корабельную и привезли к Батыю на червлен-корабль». То есть во всех былинах Батый, как предводитель татар, связан с кораблями.

Конечно, можно назвать это досадными оговорками, но такое утверждение не проходит, поскольку во всех сборниках былин, независимо от авторства трактовок, имеется целая россыпь подобных записей. Например, в одной песне красную девицу сватают на чужую сторону за злодея татарина. Но оказывается, что чужая сторона находится не где-то в восточных степях, что было бы естественным, а она оказывается на Дунай-реке. В другой былине княжна Марья Юрьевна попадает в неволю к татарам, которые пытаясь обольстить ее, сулят ей в дар три корабля с матросами. А потом, когда татары напиваются вдрызг, княжна, пользуясь моментом, убегает. Нельзя не согласиться, что эпизод с напившимися мусульманами не лишен любопытства. Вряд ли мусульмане будут вести себя подобным образом.

Вообще, морская тематика и корабли в народной памяти прочно связаны с татарами. Так, например, одно из сказаний повествует о том, как три русских корабля выходят в море, но попав в бурю, оказываются в земле татарской, хотя, как мы знаем из географии, татарская земля находится в степях, и путь туда на кораблях выглядит неестественным. Один из самых уважаемых в народе былинных богатырей Михайло Иванович Поты́к, которому было посвящено огромное количество песен, награждается в Орде. И чем же интересно он там награждается? Наверное, табунами. Вовсе нет. Он награждается опять-таки тремя кораблями с матросами, после чего отбывает на Святую Русь. Интересно. А какой маршрут лежит из Орды на Святую Русь? Как ни странно, но Михайло Иванович Поты́к возвращается на Русь вовсе не степями, что было бы естественно. А он возвращается домой на корабле «по сине-морюшку».

Можно привести в пример и знаменитого  Садко. Так, в одной из былин Садко направляется в «поганую Золотую Орду». Если четко проследить по тексту былины маршрут Садко в Золотую Орду, то его путь лежит по реке Волхов, далее Ладожское озеро, река Нева, и затем морем до самых «берегов Золотой Орды». Тем самым, в географическом смысле Садко направился в Европу. И, естественно, по морю, поскольку другого пути туда нет.

Есть в русских былинах такой персонаж, как Змей Горыныч, который налетает на Русь. Интересно, а откуда, согласно былинам, налетает на Русь Змей Горыныч? Если внимательно посмотреть былинные тексты, то получается, что Змей Горыныч налетает на Русь с западной стороны. И это отражено не в какой-то одной былине, а является твердым фактом, отраженным во всех былинах, где фигурирует данный персонаж.

Ситуацию с морями, кораблями и татарами запутывает еще одно обстоятельство. Всю эту «поганую татарву» народные песни упорно ассоциируют с Литвой. Из текстов былин можно сделать однозначный вывод – татары и Литва неразрывно связаны между собой по всем былинным текстам. А точнее, русские былины под татарами имели в виду Литву. Например, в одной былине три разбойника татарина из неверной земли делят награбленную добычу и красную девицу, которая плачет такими словами: «Заплели у меня косу, да на Святой Руси, расплетут у меня косу, да в проклятой Литве».

В другой былине говорится: «Прошла молва, что богатыри в Киеве состарились. И слух дошел в Орду поганую – проклятую Литву. Из Орды поганой – из Литвы на Русь собирается силушка великая». Как видно из текста, Орда и Литва указываются как одно целое. В одной из былин об Илье Муромце есть эпизод, когда Илья Муромец по пути в Киев заезжает в город Бекетов, где встает на защиту местного населения. Данный эпизод сопровождается следующими словами: «Так наехала проклятая поганая Литва, одолело поганое татарвье тех мужиков бекетовских». Из текста следует, что «поганое татарвье» из Литвы появляется возле города Бекетов и терроризирует местное население, на помощь которому как раз и приходит Илья Муромец, за что ему, согласно былине, все население города было благодарно.

Любопытно, что согласно былинам, в литовских краях ищет себе невесту причисленный православной Церковью к лику святых креститель Руси Владимир Красное солнышко. В былинах о крещении Руси Владимиром нет ни слова, зато мы там находим другую информацию об этом князе. Страстно желая жениться на одной из дочерей литовского короля, Владимир посылает в Литву богатырей, чтобы те ему добыли невесту или добром, или силой. И эту миссию по добыче невесты выполняет богатырь Дунай Иванович, который силой увозит дочь литовского короля, отбиваясь при этом от его верных слуг – татар.

Из былин видно, что князь Владимир очень трепетно относится к своему тестю – литовскому королю, которого он величает королем Золотой Орды. Все, что связанно с литовским королем у Владимира вызывает трепет и нижайшее почтение. Так, в былине говорится о том, что известие о приближении посла литовского короля вызвало в Киеве целый переполох, связанный с подготовкой к встрече дорогого гостя. В былине приводятся такие слова: «Кидались, метались. Улицы метут, ельник ставили. Перед воротами ждут посла из дальней Орды – золотой земли».

В другой былине говорится о том, что, когда литовский король затеял войну с одним из своих соседей, то направил своему зятю киевскому князю Владимиру письмо с требованием о предоставлении ему военной помощи. Как сказано в былине, Владимир незамедлительно снаряжает богатырей на помощь литовскому войску. Надо сказать, что образ князя Владимира в русских былинах выглядит нелицеприятно. Так, например, в устном народном творчестве иронично высмеивалось лизоблюдство Владимира перед европейскими королями, что ярко отразилось в былинных текстах. Естественно, что данный факт исследователи былинного эпоса старались не выпячивать.

Дореволюционным исследователям русских былин отделить татар от Литвы было делом практически невыполнимым, поскольку образ литовских татар красной нитью проходил через весь русский былинный эпос. И как же официальным историкам удалось выйти из этого безнадежного положения? Известный исследователь былин Александр Григорьев собрал тексты былин и народных песен в нескольких томах и опубликовал их в 1904 году. Если посмотреть на содержание этих былин, то их тексты сильно отличаются от тех, которые собирали предшествующие исследователи былин в первой половине XIX века. Григорьев просто взял старые тексты и вырезал из них все неудобные места. А именно, он убрал из текстов все упоминания о Литве. Если в былинах у Рыбникова и Кириевского упоминания о Литве встречаются на каждом шагу, то у Григорьева этого уже нет.

Интерпретация русских былин, проведенная Григорьевым, тут же была взята за основу официальными историками. В «новых» былинах Литва уже не упоминалась. И это сразу же все изменило. Так, например, татары с их морской и корабельной тематикой теперь выглядят совершенно по-другому, поскольку все корабли и морская тема уходят. Теперь татары по-прежнему неволят девиц, совершают разбойные нападения, но только это уже никак не связано с морем и кораблями. А неверные теперь поднимаются на Русь не с западной стороны, а с восточной. Так, по Григорьеву все полчища неверных приходят, как и положено, с востока или юго-востока. Как видим, соответствие былин с церковными летописями здесь уже на лицо.

По былинным записям Григорьева у князя Владимира уже нет никакой литовской родни. Зато у него появляются некие православные родственники, которые все ходят в церковь божью и читают церковные книги. Кроме того, у Григорьева Змей Горыныч налетает не с западных краев, как это было указано в ранних текстах былин, а уже, как и положено, с восточной стороны. Все эти корректировки придали былинам более надлежащий с точки зрения официоза вид.

Если угроза Руси действительно была с востока, как утверждают церковные летописи, то, соответственно, и богатыри должны не вылезать с восточных рубежей. Ведь оттуда, согласно летописям, идет основная угроза. Однако, как ни удивительно, народная память запечатлела совершенно обратную картину. Чем же были озабочены русские богатыри? А все они, без исключения, согласно былинам, были озабочены западными краями. Но как же так? Ведь по церковным летописям угроза была именно с востока, а богатыри смотрели в обратную сторону – на запад. Например, Илья Муромец сообщает о трехлетнем житие в Литве, где он прижил дочь. По другому изданию он три года служил у короля «в тальянской (итальянской) земле». Добрыня Никитич также посылается с неким заданием к литовскому королю, как сказано в былине: «в ту землю неверную», поскольку по словам былинного Алеши Поповича «Добрыня бывал там, и знает, как бой держать по ихнему». А что касается самого популярного в новгородских былинах богатыря Михайла Ивановича Поты́ка, то тот вообще практически не вылазил с западных краев. Киевский князь направляет его, то в Литву, то в Волынь, то к ляхам. Как видим, русских богатырей совершенно не интересуют восточные рубежи Руси. Их и киевских князей волнует исключительно западная сторона, и все внимание обращено лишь на запад.

Утверждения, как дореволюционных, так и советских историков о пропитанности русского былинного устного творчества враждой к Востоку, как минимум, вызывает недоумение. Никакой вражды к Востоку в русских былинах не усматривается. В былинах нет ни единого упоминания о восточной угрозе или о каком-либо нашествии с востока. Наоборот, везде фигурирует западная тематика, а точнее, западная угроза, а если быть еще точнее,  – то литовская (татарская) угроза. Получается, что наша церковная история, которая является также и официальной историей, предстает в одном виде, а народная память запечатлела события совсем иначе. Былинные тексты говорят о совершенно другой реальности, в отличие от той реальности, которая заложена в церковных летописях, на базе которых и создана российская история.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *