Способна ли Россия вести локальную войну

Вооруженные силыЧисленность вооруженных сил России в настоящее время составляет около 750 тысяч военнослужащих. Достаточно ли этого для обеспечения военной безопасности России? Давайте сравним это с нашими соседями. Северная Корея имеет 1 миллион 200 тысяч военнослужащих. Китай в развернутом виде имеет 2,5 миллиона. Суммарное количество развернутых войск стран НАТО составляет более 3 миллионов военнослужащих. США имеют 1 миллион 750 тысяч. Иран – 750 тысяч. По этому показателю нельзя сказать, что мы сильнее всех. Единственно, где мы имеем неоспоримое превосходство, это в ядерных вооружениях.

Россия является единственной страной, которая может гарантировано уничтожить США. Мы располагаем самым мощным арсеналом тактического ядерного оружия. Так, мы имеем на вооружении около 3,5 тысяч ядерных боеголовок, тогда, как у США их только 500. На развернутых стратегических носителях (то есть на атомных подводных лодках и межконтинентальных баллистических ракетах наземного базирования) Россия имеет около 1600 ядерных боеголовок. Примерно столько же имеется у США. Таким образом, в плане ядерных вооружений мы, безусловно, всех сильней.

Россия, как в свое время и Советский Союз, ведет оборонительную военную политику. Однако в отличие от современной России Советский Союз обеспечивал свою безопасность на принципе достаточного для обороны состава сил общего назначения. То есть при Советском Союзе мы должны были иметь силы общего назначения такие, которые были способны разрешить все виды военных конфликтов, в которые могла быть втянута наша страна без применения ядерного оружия. Поэтому Советский Союз совершенно безбоязненно шел с США на договоры по сокращению ядерного оружия, поскольку и без наличия ядерного вооружения СССР был способен обеспечить свою безопасность. Чего не скажешь о современной России, которая без наличия ядерных сил объективно не способна обеспечить собственную безопасность.

По оценкам независимых военных экспертов сегодня Россия имеющимся составом вооруженных сил в лучшем случае способна разрешить без применения ядерного оружия два небольших военных конфликта по типу чеченского. Такой военный конфликт предполагает привлечение войсковой группировки численностью 100 — 120 тысяч военнослужащих. Наши вооруженные силы смогут выставить 200 – 240 тысяч военнослужащих. И этого, учитывая имеющиеся внешние вызовы, для России явно недостаточно.

А вот если встанет вопрос о ведении локальной войны без применения ядерного оружия (классический вариант локальной войны предполагает использование группировки от 800 – 900 тысяч до 1 миллиона – 1,5 миллиона военнослужащих), то Россия сейчас для такой войны не имеет возможности выставить соответствующее количество войск. Так, американцы, когда вели войну во Вьетнаме, создали там численную группировку до 1,5 миллиона военнослужащих. Против Ирака в трехнедельной войне 1991 года («Буря в пустыне») американцы создали группировку численностью в 890 тысяч военнослужащих. Сегодня Россия такую группировку выставить не может. Если с участием России вдруг возникнет локальная война, а она гипотетически может возникнуть, то сил для ведения такой войны у России, к сожалению, нет.

Сейчас по периметру России имеется, как минимум, две потенциально опасные точки, которые наши «западные партнеры» обязательно постараются разжечь в локальные военные конфликты с участием России, от которых она отвернуться никак не сможет, поскольку эти точки связаны с жизненными интересами России. Во-первых, это республики Центральной Азии (Узбекистан, Таджикистан, Киргизия и Казахстан), стабилизация которых держится исключительно за счет полуавторитарных и полусветских режимов. Но надолго ли? Если что, то гасить ситуацию придется именно России, поскольку она связана с этими государствами договорами ОДКБ. Во-вторых, это Украина, ситуация в которой является крайне непредсказуемой. Сможет ли Россия вести одновременно два локальных военных конфликта? США, как показала практика, не могут. Американцы с определенным успехом могут вести лишь одну локальную войну. На большее у них просто нет сил. Отчего они и вынуждены были вывести свою группировку из Ирака. Россия же, исходя из структуры своих вооруженных сил, к сожалению, не может вести даже одну локальную войну, поскольку для гарантированной победы в такой войне требуется не менее чем полумиллионная войсковая группировка.

Если по периметру России возникнет множество локальных военных конфликтов, то нам везде придется бросать свои группировки: туда – 100 тысяч, сюда – 150 тысяч и т.д., при этом имея в придачу еще и военный конфликт в Сирии. В итоге потребуется сил столько, сколько Россия объективно выставить не сможет. Что мы в этом случае можем сделать? В такой локальной войне мы можем противостоять лишь единственным способом. Это применение ядерного оружия, пусть тактического, но все же ядерного оружия, где Россия имеет явное превосходство над любым потенциальным противником. Правда, надо иметь в виду, что это крайне опасная ситуация. Переходить ядерный рубеж любому политическому лидеру очень не захочется. Тут встает вопрос. А уверены ли мы, что российское руководство вообще решится на применение ядерного оружия? Ответ кроется в другом вопросе. А по кому придется бить нашим политическим элитам? А бить придется по США и Западной Европе. А в США и в Западной Европе есть недвижимость высших российских чиновников. Там живут их семьи, учатся их дети. Там в банках лежат их деньги на счастливую и спокойную старость. Общая сумма вывезенных из России за рубеж денег за 25 лет либеральных реформ составила по самым скромным оценкам около трех триллионов долларов. Эти деньги лежат в западных банках, лежат в виде собственности, недвижимости, яхт. Скажите, пожалуйста, решатся ли наши руководители пойти на применение ядерного оружия против агрессора, на территории которого находится их собственность. Решатся ли они бить по своей собственности ядерным оружием, даже если другого выхода уже не останется? Поэтому говорить о том, что наше ядерное сдерживание такое уж гарантированное, не приходится. Да, по боевому составу и численности боеголовок оно гарантированное. А вот по морально-психологической готовности политического руководства России применить ядерное оружие даже тогда, когда это будет жизненно необходимо, никакой гарантии ядерного сдерживания у России нет.

Одной из самых мощных российских группировок является Тихоокеанский флот, однако имеющимися силами наш флот на Дальнем Востоке может противостоять лишь одной авианосной ударной группе США. Правда, в случае военного конфликта таких авианосных групп со стороны США будет пять. Российский Тихоокеанский флот спокойно может противостоять японскому и, если будет в этом необходимость, китайскому флоту. ВВС России на всем Дальнем Востоке насчитывает пять авиационных полков. Это порядка 200 – 250 самолетов. В соседнем Китае общий парк тактической авиации насчитывает около трех тысяч самолетов. Япония имеет около 400 самолетов. Южная Корея – 250 самолетов. Кроме того, 250 самолетов способны разместить три авианосца США. Из сухопутных войск Россия на Дальнем Востоке имеет три развернутых сухопутных дивизии, разбросанных по шести бригадам, общей численностью чуть более 40 тысяч военнослужащих, если не считать силы тылового технического обеспечения. Против наших сухопутных сил на Дальнем Востоке выступают три экспедиционных дивизии морской пехоты США численностью около 50 тысяч военнослужащих (это только подразделения одной морской пехоты). Численность вооруженных сил соседнего Китая составляет 2,5 миллиона военнослужащих, из них только сухопутные войска составляют 1 миллион 200 тысяч военнослужащих. Силы самообороны Японии составляют 800 тысяч человек. При этом Япония способна одновременно высадить на Дальнем Востоке десант до 200 тысяч человек. Таким образом, превосходство наших соседей на Дальнем Востоке является не менее чем десятикратным.

Такая же картина, собственно, и на Западе. Общий количественный потенциал всех стран НАТО также десятикратно превосходит российский военный потенциал. Так, у нас имеется один авианосец среднего класса, у американцев их двенадцать. У нас современных подводных лодок 971-го проекта имеется восемь единиц, у американцев их 50. У нас в строю имеется три крейсера, у американцев их 26, плюс 25 эсминцев, которые на 85 % совпадают с характеристиками крейсеров (причем с таким же водоизмещением). По всем другим показателям – аналогичная картина. При этом Трамп взялся за программу перевооружения, рассчитывая на многократное увеличение количества единиц вооружения.

Единственное, что сегодня обеспечивает наш суверенитет, это ракетно-ядерное оружие, являющееся единственным сдерживающим фактором от потенциальных агрессоров. Даже при возникновении локальной войны у России не остается другого выхода, кроме как перейти на использование ядерного оружия, поскольку других средств сдерживания у нас нет. Сил общего назначения у России явно недостаточно, чтобы как Советский Союз быть способной вести боевые действия в локальной войне без применения тактического ядерного оружия. Может быть японцы и с удовольствием высадились бы на южный Сахалин при американской поддержке, но Хиросима и Нагасаки им это сделать не дают.

Если бы наши «западные партнеры» были бы твердо на 100 % уверены в том, что кремлевское либеральное руководство не при каких обстоятельствах не применит против них ядерное оружие, даже в случае, когда это действительно необходимо в интересах России, то они не раздумывая, реализовали бы свои агрессивные планы. Видимо западные стратеги еще пока не до конца уверены в лояльности нынешней прозападной кремлевской власти.

21 февраля МИД России выпустило рекомендацию, в соответствии с которой российским гражданам, которые имеют проблемы с американским законодательством, выезд за рубеж нежелателен. При этом МИД назвал 111 стран, которые российским гражданам рекомендовано не посещать. Это все европейские страны, Египет, Турция, Индия и другие. Дело в том, что из этих стран российские граждане по запросу США могут быть экстрадированы на их территорию. В 2016 году по оценкам МИД России таких случаев было более 30. Понятно, что простые российские люди, не вывозящие деньги за рубеж, каких-либо конфликтов с американским законодательством не могут иметь в принципе. А вот те люди, которые вывозят из России миллиарды, и на которых на Западе имеются толстые досье по случаю вывоза и отмыва денег, как раз и подпадают под вышеуказанные рекомендации российского МИДа. Это также касается и близких этих людей. И это сигнал того, что на нашу политическую элиту оказывается мощнейшее давление западных спецслужб. И вот эта российская политическая элита может принять меры по развалу нашей страны и без иностранного военного вторжения. В 2004 году Бжезинский сказал: «Ваша элита в наших банках держит 500 миллиардов долларов. Так чья это элита? Ваша или наша?». Обратите внимание, что с 2004 до 2017 года количество вывезенных средств увеличилось более чем в пять раз.

Наши чиновники высших эшелонов власти, в первую очередь, выражают интересы людей, обладающих миллиардными состояниями. Это видно по принимаемым законам. А эти миллиардные состояния уже давно вывезены, и возвращаться в Россию не будут. Не для того Запад открывал дорожку для вывоза денежных и материальных средств из России, чтобы они так легко возвращались обратно. И вот тут встает вопрос. А будет ли наше дорогое Правительство реально защищать интересы России в случае возникновения серьезного локального военного конфликта при участии западных стран? Или оно будет защищать интересы узкой прослойки, которая владеет миллиардами, находящимися в западных банках?

В декабре 2016 года Путин заявил о том, что военный бюджет России на 2017 год будет сокращен на 26 %. У нас что, уже произошло перевооружение вооруженных сил? Может быть у нас с избытком боеприпасов? Может у нас много высокоточного оружия? Может у нас произошла замена всего парка авиации? Может у нас достигнут рубеж 70-процентного обновления новой техники? Нам говорят, нет денег. Как нет? Куда они деваются? Например, за прошлый год топ-менеджеры «Роснефти» во главе с Сечиным по его официально заявленным данным выписали себе сумму годовой премии в размере 2,9 миллиарда рублей. Это сумма эквивалента закупке 10 новейших танков «Армата» или 30 танков Т-90 М. Это только годовая премия. И это только «Роснефть». А если взять другие корпорации, то вот вам и все необходимые деньги на перевооружение. Так, Генеральный директор государственного учреждения «Почта России» взял и просто так выписал себе премию в размере 95 миллионов рублей. При этом «Почта России» является страшно убыточной организацией и держится исключительно за счет государственных дотаций. Это ответ на вопрос, есть ли у нас деньги. Конечно, есть, раз Генеральному директору убыточной государственной организации есть возможность выплачивать премию в размере около 100 миллионов рублей. Если на премию какого директора находят большие деньги, неужели нельзя их найти для обеспечения военной безопасности страны? Это куда как важнее, чем благосостояние отдельных государственных чиновников.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *